среда, 6 мая 2020 г.

«Живописные и графические этюды 1941-1944 годов участника обороны и освобождения Севастополя московского живописца К. Г. Дорохова»

6 мая 2020 года к 75-летию Великой Победы в экспозиционном зале Севастопольского художественного музея, который временно расположен в кинотеатре «Москва», планировалось открытие камерной выставки «Живописные и графические этюды 1941-1944 годов участника обороны и освобождения Севастополя московского живописца К.Г.Дорохова» из фондов музея. Открытие выставки обязательно состоится, но после завершения карантина. Однако, мы очень хотим показать работы, созданные в самые драматичные моменты истории нашего города. В большинстве своем они никогда не предлагались вниманию зрителя. 


     В 1984 году музей получил в дар 135 произведений известного московского живописца К.Г.Дорохова: 47 живописных и 88 графических работ, имеющих не только художественную, но и историческую ценность. Они были подарены вдовой художника архитектором А. В. Дороховой.

В дни Великой Отечественной войны Дорохов — фронтовой художник. Он был в «горячих точках»: в Одессе, Севастополе, Новороссийске, блокадном Ленинграде, вновь в Севастополе, а затем в рядах победителей прошел Бухарест, Белград, Будапешт, Вену, Прагу. В своих работах художник-воин, знавший все не понаслышке, создал сотни образов "тружеников" войны, рассказал об их буднях и героических подвигах. За свою деятельность К.Г.Дорохов был награжден боевым орденом «Красная звезда» и пятью медалями.


В августе 1941 года в редакцию флотской севастопольской газеты «Красный черноморец» (ныне «Флаг Родины») из Москвы прибыл «творческий десант» - глубоко штатские люди - талантливые писатели, журналисты, художники и среди них живописцы К.Г.Дорохов, Л.В.Сойфертис, Ф.П.Решетников, И.Фирсов, которые были призваны создать историческую летопись героического сопротивления крымчан врагу.

Этюды К.Г.Дорохова 1941-1944 годов напоминают дневник художника, созданный во время войны. Глубокого уважения достойно отношение автора к событиям, очевидцем которых он стал, и к самому процессу работы в разных условиях и ситуациях как в осажденном Севастополе, так и на передовой, в частности на Мекензиевых горах в отряде береговой обороны, в Первом перекопском отряде капитана Волкова (и на Перекопе и в Севастополе), на 10-й и 30-й батареях… Большинство картонов и листов бережно сохранены, четко и ясно подписаны, датированы, на многих указаны имена портретируемых: людей и кораблей. 

Прекрасно дополняет этот цикл книга К.Г.Дорохова «Записки художника» (-М.: Изд-во «Советский художник», 1974), написанная автором в последние годы жизни и изданная вдовой художника. В ней использованы статьи, письма, дневниковые записи и заметки на полях рабочих альбомов живописца. Из этой книги удалось многое узнать о конкретных людях - защитниках Севастополя; в ней прекрасно передана атмосфера жизни военного города и в начале войны и при его освобождении. Именно поэтому мы довольно часто за пояснениями будем обращаться к тексту этой книги.

Живописная красота приморского города покорила художника, поэтому летом 1941 года он много писал морские и городские пейзажи. «Севастополь. Безоблачное спокойное небо. Синяя бухта. Редкие налеты – пока немцы магнитными минами забрасывают только фарватер и бухту». Лиричны и красивы этюды, написанные свободно и уверенно маслом на картоне: «Близ Памятника затопленным кораблям. 1941»; «Севастополь. Мыс Хрустальный. 1941»; «На Чёрном море. Севастополь. 1941»; «Вечер. 1941» и др.

Близ Памятника затопленным кораблям. 1941 

Севастополь. Мыс Хрустальный. 1941

На Чёрном море. Севастополь. 1941 

Вечер. 1941 

Однако постепенно фронт входил в жизнь Севастополя и в этюдах уже ощущается не только динамика, но и драматизм. «Город уже не узнать: на площадях баррикады, перекрестки ощетинились ежами, повсюду колючая проволока». «Город в кольце. В развалинах улицы Ленина, Маркса, Советская, Корабельная сторона. <…> Горы щебня, воронки. <…> - все изломано, исковеркано. Ни трамваев, ни воды, ни света. Газета печатается в редакции вручную. <…> Много рисую на улицах пустынного города. Прохожие редки. Город необычайно хорош, город-музей! Все в нем важно все в нем ценно…».

                                                           Упала бомба. Этюд. 1941

Севастополь. Пристань. 1941

Севастополь в дни осады. Интерпристань. 1941

Несмотря на весь трагизм происходившего, художник продолжал рассказывать о жизни в осажденном Севастополе, хотя сам подчеркивал, что работать каждый день становилось все труднее, а частые бомбежки вынуждали по многу раз прерываться: «Свистят мины, снаряды. Вздрогнешь, проводишь глазами невидимо следующий звук и рисуешь снова». В связи с этим изменилась его живописная и графическая манера: «Работаю напряженно. Больше рисую. Масло уступило место карандашу. Обстановка требует лаконичности и простоты. Рисую начисто, по возможности без поправок. Общая собранность сказывается и в рисунке…».

Работы К.Г.Дорохова военных лет не похожи ни на чьи другие. Он всегда восхищался мужеством и стойкостью защитников Севастополя. Быстрые, но точные рисунки, а также по-художнически очень емкие дневниковые записи при соединении создают более полные образы героев, чьи портреты хранятся в собрании музея. В их выразительных лицах читаются непоказные собранность, мужественность: «Капитан П.М.Волков. 1941»; «И.И.Пахомов – командир артиллерийского дивизиона крейсера «Молотов. 1941»; «Сын полка. Женя. 1941»; «Полковник П.Ф.Горпищенко. 1942»; «Паша Михайлова. Отряд морской пехоты. 1941»; «Портрет А.С.Фаясовича. 1942» и другие уже идентифицированные и безымянные герои.

«Сколько интересных встреч! А какие люди! Отряд капитана Волкова. С ним я встречаюсь вторично: первый раз на Перекопе, второй – здесь». «… прибыли в артполк, героически бившийся за Перекоп. Рисую двенадцатилетнего Женю, воспитанника полка. На вопрос, что он делал, когда попали в окружение, с достоинством отвечает: «Дяденьке Григоренко винтовку заряжал!». <…> «30-я батарея. <…> Доброволец Паша Михайлова – хрупкая, синеглазая. Сначала была в армейской части. С оружием в руках вырвалась из окружения. Дрогнувших вдохновляла личным примером, вынесла с поля боя около 80 раненых». «Тревожный вечер. При свече рисуем героев взятия Феодосии: Фаясович …, «дядя Бас»… «Рисую героев: командира дивизиона Пахомова, старшину 1 статьи Савченко…». «Полковник П.Горпищенко – яркая колоритная фигура. Рост более чем высокий, в плечах, как принято говорить, «косая сажень» Красивая голова, густые брови, живые карие глаза. Его имя известно всем от Севастополя до Крайнего Севера».

Капитан П.М.Волков. 1941

Сын полка Женя. 1941

Оборот: Сын полка Женя. 1941

Паша Михайлова. Отряд морской пехоты. 1941

Портрет А.С.Фаясовича. 1942

Оборот: Портрет А.С.Фаясовича. 1942

Пахомов И.И. - командир артиллерийского дивизиона крейсера «Молотов». 1941

Оборот: Командир артиллерийского дивизиона крейсера «Молотов». 1941

Полковник П.Ф.Горпищенко. 1942

В музейном собрании много графических и живописных этюдов-портретов кораблей-героев и в их числе: крейсеры «Красный Крым», «Микоян», «Молотов», «Красный Кавказ», «Харьков», «Коминтерн»; эсминец «Шаумян»; Гвардейский корабль «Беспощадный»; база подводных лодок «Волга»… Дорохов не только увлеченно рисовал величественные красавцы-корабли, их интерьеры, но даже ходил на них в боевые походы. 

«В Килен-бухте на рейде стоит красавец «Харьков», первым бомбивший Констанцу, крейсеры и подводные лодки. Жадно стараюсь запечатлевать все. Работаю на кораблях и схватываю их очертания. Стараюсь занести на бумагу и холст <…>. Бойцы и командиры рассказывают о трудностях боевых действий в условиях шторма». «С кораблями, ныне гвардейскими, «Красный Кавказ», «Красный Крым», «Коминтерн» связаны у меня теплые хорошие воспоминания, а в папках – не один рисунок облика корабля-героя, героев-краснофлотцев, командиров, друзей и товарищей».

Севастополь. Крейсер «Харьков» в Килен-бухте. 1941.

Крейсер «Красный Крым». 1942

База подводных лодок «Волга». 1942

Гвардейский корабль «Беспощадный» пришел с боевой операции. 1

К концу 1941 года работать художнику становилось все сложнее: три раза Дорохова во время рисования в городе арестовывали «свои»: то бдительные пионеры привели патруль, то пожилая женщина, а нервный старшина чуть не подстрелил его; дважды, когда работал в Килен-балке, забирал патруль в комендатуру и спасали, «вызволяли» его то друзья-художники (Л.В.Сойфертис), то начальство…

Трагичными для Красной Армии стали десантные операции в Феодосии и Керчи в декабре 1941 – январе 1942 года. К.Г.Дорохов был откомандирован туда из Севастополя на крейсере «Красный Крым», и стал очевидцев этих событий. Много «страшных» моментов зафиксировано в его рисунках и дневниках. Высадившись с моряками в Феодосии, он видел пленных немцев, повешенных и расстрелянных краснофлотцев и горожан, присутствовал на допросах предателей («Феодосийский десант». 1942; «Феодосия. Пленный немец. 1942»; «Феодосия. Виселица. 1942» ...) «Оглушенный» переживаниями, конечно, Константин Гаврилович много рисовал, но все равно разыскал вдову маэстро И.К.Айвазовского и почтительно поклонился ей, нашел мастерскую выдающегося живописца К.Ф.Богаевского и говорил с ним не только о происходящей беде, но и об искусстве. Разговоры со старым, мудрым художником сохранились в его памяти на всю жизнь. А вскоре он с болью пережил «сдачу» Феодосии.

Эскиз к картине «Феодосийский десант». 1942

Пленный немец. Феодосийский десант. 1942

Оборот. Пленный немец. Феодосийский десант. 1942

Феодосия. Виселица. 1942

Вернувшись в Севастополь, он видел «сражающийся город». «Я сделал много портретных этюдов и рисунков с прославленных героев Севастополя. Я видел слезы на глазах этих отважных людей: им легче было умереть, чем уступать. Но приказ – есть приказ. И они ушли из города только для того, чтобы снова туда вернуться».


После Севастополя он стал свидетелем боев на Малой земле. В сентябре 1942 года 22 работы Дорохова, созданные в Севастополе, экспонировались в Москве в Третьяковской галерее на выставке «Великая Отечественная война». Некоторые из них, вероятнее всего, ныне хранятся в собрании севастопольского музея. За участие в этой легендарной выставке художник был удостоен Диплома 2-ой степени Комитета по делам искусств.

С декабря 1942 по апрель 1943 года военный корреспондент К.Г.Дорохов воевал на Ленинградском фронте. Чуть позже в Москве состоялась персональная выставка «Художник-фронтовик Дорохов», где его произведения получили прекрасные отзывы зрителей и профессионалов. 

В мае 1944 года войска 4-го Украинского фронта вышли к берегам Черного моря. К.Дорохов вместе с художником Л.Сойфертисом в оперативной группе редакции «Красный Черноморец» с первыми частями, штурмовавшими город, вошел в Севастополь. И вновь, как военный корреспондент, он кистью и карандашом фиксировал все увиденное. Эти его работы имеют историческую, краеведческую и вместе с тем художественную ценность («Разгром. 1944»; «На Севастополь. 1944»; «Севастополь. Танки идут по улице Ленина. 1944»; «Севастополь в день освобождения. Панорама. 1944»; «Там, где были бои. 1944» и др.)


День освобождения Севастополя. 1944

Оборот. День освобождения Севастополя. 1944

Севастополь в день освобождения. Панорама. 1944 

Танки идут по улице Ленина. 1944

Подбитая румынская баржа. 1944

Освобождение. Севастополь. Там, где шли бои. 1944

Херсонес. 1944

Оборот. Херсонес. 1944

«Въезжаем в город с Корабельной стороны. Множество войск, пыль, зной, шум, гам, дым… Земля вдоль дороги изрыта воронками, наполненными трупами вражеских солдат. Множество убитых лошадей. Это немцы, уходя, перестреляли всех лошадей, чтобы они не достались нам. <…> Ведут группу предателей <…>. Одиночные жители поят запыленных и томимых жаждой наших бойцов. Южная бухта. Затопленный кран. Следы погибших кораблей, и опять трупы погибших захватчиков». <…> Улица Ленина, иссеченная бомбами и снарядами. Целых домов нет. <…> Через весь город, томясь от зноя, идут вереницей пехота, артиллерия, грузовики, подводы. Это для последнего удара по врагу накапливаются свежие силы наших войск. Танки, одновременно маскируясь и давая проход идущим войскам, занимаю рубежи прямо на тротуарах. <…>». Неутомимые минеры кропотливо исследуют каждый дом, каждый кусочек земли».


«Первый день в освобожденном Севастополе. Радостно, ярко блестят глаза героев».


Однако для Дорохова за годы войны самыми трагичными событиями и, пожалуй, самыми эмоционально сильными стали впечатления от увиденного при взятии Херсонеса, поэтому он первое время даже не мог рисовать. После небольшой паузы художник начал с удвоенной силой работать. Именно тогда были созданы достоверные, поразительные по точности рисунка работы:»; «Херсонес. 1944»; «Херсонес. Один из последних немецких причалов. 1944» ...

«Весь Херсонесский мыс представлял собой кладбище вражеской техники, усеянное трупами гитлеровских солдат. Враг метался, стараясь всеми возможными средствами уйти в море. Но наступательная огневая мощь нашей армии была столь велика и с воздуха и с суши, что врагу было невозможно уйти от возмездия. События и впечатления обрушились на меня такою глыбой, что некоторое время я не мог охватить всего происходящего.
Мне «посчастливилось» - я видел начало осады Севастополя и теперь участвую при его освобождении»…

«Спешу рисовать. Все важно, все нужно запечатлеть, запомнить, рассказать».


Талантливый художник-фронтовик К. Г. Дорохов сумел в своих произведениях ярко и убедительно рассказать нынешнему поколению о тех легендарных событиях. Для всех севастопольцев они стали своеобразной «Книгой памяти». Благодаря его работам, данный «виртуальный обзор» будущей выставки позволил нам «музейщикам» вот так «принять участие» 9 мая 2020 года в великой акции «Бессмертный полк».
Л.Смирнова, искусствовед